Еще раз о форме ложи

Какой тип ложи желательно иметь на ружье? С какой шейкой ложа удобнее? Как подобрать прикладистое ружье? Как неприкладистое ружье сделать прнкладистым?

Эти и подобные им вопросы волновали, волнуют и всегда, естественно, будут волновать охотников. Ведь от подгонки оружия к телосложению стрелка во многом зависит успех и на охоте, и на соревнованиях на стенде. Наш журнал регулярно публикует материалы, в которых охотники делятся опытом, высказывают свои соображения и пожелания. Так, за последние 10 лет в «Охоте и охотничьем хозяйстве» по этой тематике были напечатаны статьи 3. Штейнгольда (1967, № 3; 1976, № 10); А. Опарина (1967, № 9; 1976, № 2); С. Бубнова (1970, № 9); Э. Владимирова (1975, № 6); В. Ковбасина и Ю. Блохина (1977, № 3).

В этих публикациях высказывались разные точки зрения. К сожалению, увлекаясь своими идеями, авторы нередко забывали одно очень важное обстоятельство: ложа должна соответствовать не только телосложению стрелка, но также типу ружья, его назначению. В публикуемой статье Э. Келера продолжаем обсуждение этих вопросов.

В 1975—1976 гг. в нашем журнале появились три статьи, посвященные вопросу о форме ложи. Статьи эти, с нашей точки зрения, содержат ряд спорных положений, которые полезно рассмотреть в интересах как охотников и стрелков-спортсменов, так и конструкторов охотничьего оружия. Наибольшего внимания заслуживает в этом отношении статья Э. Владимирова, пропагандирующая так называемую «рациональную» ложу; остальные два автора используют, в той или иной мере, его основные положения.

Начнем с вопроса о распространении на мировом рынке различных типов ложи охотничьих ружей, воспользовавшись для этого богато иллюстрированным американским изданием «Библия стрелка», которое представляет собой обширный каталог продающегося в США оружия как американских, так и иностранных фирм. Всего в каталоге помещены изображения 175 нарезных и 141 дробового ружья. Из нарезных ружей 100, то есть 57%, имеют ложи типа Монте-Карло, остальные — обычные, с пистолетной шейкой. Из гладкоствольных ружей 116, то есть 82%, с обычной ложей с пистолетной шейкой; 13, то есть 9,4%, с ложей типа Монте-Карло (все с одним спуском, причем 8 из них — полуавтоматы и 5 — садочные двустволки); 12, то есть 8,6%, с английской ложей. Ни одного ружья — ни нарезного, ни гладкоствольного — не предлагается с ложей «рационального» типа (с горбатым гребнем). Трудно представить себе, что все фирмы, во всех, даже самых дорогих классах оружия, пренебрегли выпуском ружья, обеспечивающего наилучшую прикладистость.

Показательно, что в вводном обозрении перспектив оружейного рынка специалист по дробовому охотничьему оружию П. Браун пишет (стр. 25): «Сейчас не подлежит сомнению, что охотники стали хорошо разбираться в весе оружия, общей его длине и удобстве устройства ложи. Требуют ружья легче, короче и изящнее. Представляется, что современный охотник стремится отойти от ружей с дубоватой ложей, толстой в хватке, и от устрашающей пригоршни «бобрового хвоста» под стволами... Ружья Бернарделли имеют исключительно тонкую прямую ложу. В ней минимум дерева (не Монте-Карло!) и цевье имеет узкую, «европейскую» форму. Это спортивный тип дробового ружья. Оно представляет собой чрезвычайно удобное, исключительно ловкое на охоте оружие».

Б. Дейнерт, анализируя в свое время конструкции ложи, в наибольшей степени обеспечивающей успех охотничьей и спортивной стрельбы, писал: «В Германии все больше и больше прививаются так называемые «английские» ложи, которые ставятся на высоких сортах ружей. Гладкая шейка ложи этих ружей допускает легкое и удобное скольжение руки после использования переднего спуска, чтобы без промедления выстрелить и из левого ствола. Это удобство дает большие выгоды стрелкам, которые не могут вполне положиться на свой первый выстрел. Удобно это и для садочных стрелков».

В отечественной литературе имеется много высказываний в пользу английской ложи на дробовых охотничьих ружьях (см., например, С. А. Бутурлин "Дробовое ружье", М.-Л., 1937; Настольная книга охотника-спортсмена. Т. 1. М., 1955, и др.). Во французском «Руководстве по охоте» Ж. Надо пишет: «Классической ложей с чистыми линиями является ложа с английской шейкой. Некоторые ложи имеют выступ для придания руке большей устойчивости. Они носят название пистолетных лож. Выбор той или другой является вопросом личного удобства». С последним можно согласиться.

Лично я для дробового ружья с двумя спусками безоговорочно отдаю предпочтение английской ложе, при которой не только обеспечивается более удобный переход на второй спуск, но и в целом ружье становится намного живее, подвижнее в руках. Кстати говоря, ставить на охотничьих двустволках один спуск не имеет смысла, так как в этом случае пропадают все преимущества наличия двух стволов разной сверловки или с различно снаряженными патронами. Селективность же спуска в реальных охотничьих условиях практически не может быть использована и пригодна только на стенде.

Вместе с тем можно понять, что в массовом производстве проще делать ложу с пистолетной шейкой, которая усилена выступом в наиболее опасном месте и поэтому не так чувствительна к качеству используемого дерева.

Но оставим вопрос о форме шейки ложи и перейдем к главному объекту статьи Э. Владимирова — ложе «рационального» типа.

Прежде еще одно общее знамечание. Каков бы ни был «тип» ложи, подбор или, если нужно, подгонка ложи к индивидуальным особенностям сложения стрелка совершенно обязательны, если он хочет рассчитывать на успешную стрельбу на охоте или на стенде. Тип ложи Монте-Карло (с ее большим запасом дерева по гребню) в первую очередь рассчитан именно на возможность наиболее простой подгонки такой ложи путем снятия этого запаса в соответствии со строением стрелка. На такую возможность имеется указание и в названной выше статье Э. Владимирова. Не случайно эти ложи ставятся преимущественно на садочные ружья, требующие особенно тщательной индивидуальной подгонки к стрелку.

Э. Владимиров совершенно справедливо отмечает, что оружейники выпускают ружья с обычной, «классической» ложей потому, что «из ружья, имеющего такую ложу, каждый стрелок может стрелять более или менее успешно без предварительной подгонки ложи по своей конституции».

Это и понятно. Ведь этот «обычный» тип ложи — результат усилий сотен и тысяч оружейников многих стран мира обеспечить удобство стрельбы из выпускаемого ими оружия (и обеспечить это удобство для возможно более широкого круга покупателей).

Известно и другое. Как правило, индивидуальные особенности стрелков различаются в сравнительно нешироких пределах, и для их учета нет надобности отступать от обычного типа ложи. Нужно только в той или иной степени изменить ее детали: изгиб шейки по вертикали, наклон гребня, степень бокового отвода, питч (угол между продолжением прицельной линии и плоскостью затылка приклада) ружья — и обычная ложа становится идеально прикладистой, обеспечивая легкую, удобную, постоянную вскидку ружья и безукоризненное совпадение глаза с линией прицеливания. Если бы это было не так, не существовало бы на свете охотников, умеющих отлично стрелять, невозможны были бы имеющиеся мировые рекорды по стендовой стрельбе — ведь все это достигнуто на «классических», но отнюдь не на «рациональных» ложах.

И вдруг уважаемый автор уклоняется в совершенно неожиданную сторону. Повторим для читателей, быть может, забытую или в данный момент отсутствующую аргументацию Э. Владимирова.

"При правильной изготовке к стрельбе с такой (обычной — Э. К.) ложей стрелок всегда должен наклонить голову вперед к гребню приклада и приложить щеку строго в определенной точке гребня. Только тогда и происходит совмещение прицельной линии ружья с линией прицеливания. Теперь представим себе положение головы стрелка на охоте. Обычно, чтобы увидеть цель, таящуюся за осокой или кочкой, стрелок высоко поднимает голову или, скрадывая дичь, опускает голову очень низко, вытягивая шею. Все внимание стрелка отдано дичи, ему не до того, чтобы помнить о том, что щеку необходимо прижать в определенном месте гребня приклада, когда голова остается в положении, удобном для обозрения цели или скраде ее. В этот момент дичь взлетает. Стрелок вскидывает ружье к плечу, не изменяя положения головы, и чувствует, что гребень приклада коснулся щеки. Это для него является рефлекторным сигналом, означающим, что ружие на месте, нужно стрелять. Раздается выстрел, но над стволами появляется невредимая цель. Что же произошло? А произошло то, что и должно было произойти при этой форме гребня ложи. Стрелок с высоко поднятой головой при вскидке ружья к плечу прижал к щеке ту часть гребня приклада, которая находится ближе к пятке приклада. Вследствие этого приклад оказался поднятым вверх больше, чем это необходимо, а стволы намного опустились. Естественно, что снаряд прошел ниже цели".

Далее следует примерно такой же разбор с выстрелом при сильно опущенной голове. И делается вывод: "Почему же охотники, имеющие большой опыт и знания, все же стремятся к классической ложе? Да потому, что проще приспособиться к ружью, чем подгонять или делать новую ложу... Это неправильно. Ложа должна быть подогнана к стрелку, что значительно повысит число попаданий в цель".

Последнее, несомненно, верно, но с другими положениями Э. Владимирова согласиться трудно.

И вот почему.

  1. В рассматриваемых примерах ложа, несомненно, уже пригнана к стрелку, раз для успешного выстрела «надо приложить щеку строго в определенной точке гребня».  
  2. «Помнит» ли стрелок в обычной обстановке каждый раз, к какой именно точке гребня надо приложиться? Об этом, конечно, не может быть и речи. Мало-мальски подготовленный стрелок вскидывает ружье машинально и все — корпус, ноги, руки, шея и голова — принимает нужное положение, нужное место щеки оказывается в соприкосновении с нужным местом ложи (подогнанной!).  
  3. Когда дичь взлетает, любой охотник, естественно, стремится принять положение, необходимое для правильного выстрела влёт. У автора не хватает только примера, когда охотник подползает к дичи на животе. Куда бы тогда попал приклад при взлете дичи?! Стрелку невозможно «вскинуть ружье и приложиться», не изменив, в соответствии с обстановкой, положения корпуса, головы, направления взгляда,  

А если он поступает так, как описано в статье Э. Владимирова, он, значит, просто не умеет стрелять и никакая ложа (даже идеально подогнанная) ему не поможет!

На этом можно было бы и кончить, потому что все дальнейшие рассуждения автора направлены на доказательство необходимости создания ложи, к которой можно было бы прикладываться как попало, то низко опуская голову, то поднимая ее, что и показано на рисунках в разбираемой статье. Приложиться-то, конечно, можно, но попадать в таких неопределенно-переменных условиях прикладки в быстроподвижные цели удается только случайно. Ведь именно в точно отработанной слаженности всех движений стрелка и заключается успех стрельбы, и именно в степени этой отлаженности, точности, координированное™ всех движений и заключается разница между хорошими и плохими стрелками — при условии, конечно, что в руках у них ружье, соответствующее их сложению (а не случайным положениям головы, да и почему, собственно, только головы?!).

О существовании типа «рациональной» ложи, предложенной в свое время английским оружейником В. Гринером, имеются указания в упомянутой книге Б. Дейнерта, в статье К. Мартино (где, правда, под «рациональной» ложей имеется в виду ложа с прямой, не пистолетной, но направленной более круто вниз от скобы шейкой, К. Мартино. О ружейной ложе. — «Охота и охотничье хозяйство», 1965. № 5.) и в некоторых других источниках. Но идея конструкции рациональной ложи (со слегка выпуклой линией гребня) вовсе не в том, чтобы обеспечить совпадение прицельной линии с глазом при произвольном положении головы, а в том, чтобы, как поясняет Дейнерт, облегчить правильную прикладку по низким и высоким целям. То есть имеется в виду только небольшое изменение места контакта ложи со щекой, которое неизбежно при низко опущенных и высоко поднятых стволах.

На практике эти различия почти полностью смягчаются соответствующим изменением положения корпуса стрелка. При так называемом королевском выстреле (по встречной птице прямо над головой) приходится, например, сильно откинуть корпус назад и перенести центр тяжести на правую ногу. И этой необходимости изменить позу стрелка «рациональная» ложа не устранит. Верно, что если систематически стрелять по наземным целям (или, как на круглом стенде, преимущественно по снижающимся целям), то выгоднее иметь ложу с затылком, обеспечивающим увеличенный питч, а для стрельбы по высоким или поднимающимся целям (траншейный стенд, охота с легавой и т. п.) — наоборот. Для этого можно использовать соответствующие накладки на затылок ложи. Можно, но далеко не всегда нужно, так как опытный стрелок учитывает положение и направление цели соответствующей прикладкой, без специальных конструктивных изменений ложи.

С точки зрения удобства такой регулировки стрельба даже на траншейном стенде была бы более предпочтительна со вскидки, без предварительной прикладки, которая заранее жестко связывает стрелка с ружьем, заставляя переносить всю, в том числе и тонкую, регулировку выстрела на сравнительно малоподвижный корпус. Ведь ясно, что при быстрой свободной вскидке ружья по высокой цели оно вкладывается в плечо несколько ниже обычного, так же как при боковых выстрелах оно ложится в плечо несколько правее при выстреле влево, и наоборот.

Останавливаться на детальном разборе статей Э. Владимирова и Э. Штейнгольда мы не считаем нужным, так как вряд ли кто-нибудь возьмется воспроизвести их предложения о «рациональной» ложе в натуре. Что этого не сделают в промышленных масштабах, можно ручаться, да и сам Э. Владимиров считает, что серийное изготовление «рациональной» ложи «с окончательной отделкой» невозможно.

Одно лишь замечание. Э. Штейнгольд (почему-то под «прикладистой ложей» принимая только «рациональную» ложу в интерпретации Э. Владимирова) предлагает делать гребень ложи постоянной ширины, без ее уменьшения к переднему концу. А это значит, что лицо стрелка, по мере удаления от затылка, будет все дальше отодвигаться влево от прицельной линии (при обычном отводе ложи вправо от лица) и к тому же скула будет получать все более чувствительные удары при отдаче. Ведь сужение гребня к переднему концу именно и обеспечивает параллельность боковой поверхности гребня и прицельной линии ружья при отводе ложи! При этом сохраняется постоянное положение глаза в плоскости оси ружья и устраняются ушибы при отдаче.

Не так уж безрассудно складывались традиции, установившиеся в производстве охотничьего оружия. И эти традиции надо только возможно полнее, возможно тщательнее использовать. В этом отношении наша оружейная промышленность стоит на правильном пути, и остается только пожелать ей дальнейшего повышения качества отделки ружья и, в особенности, ружейной ложи.

Э. Келер, доктор технических наук, мастер спорта СССР

"Охота и охотничье хозяйство", №5, 1977 г.

1045
533
512
0