Борьба с браконьерством

Несомненно, что все мероприятия по разведению дичи не имеют смысла, если охота будет производиться без соблюдения разумных норм и установленных правил.

К сожалению, браконьерство в большинстве районов страны до сих пор еще нс изжито. В ряде случаев оно даже развивается, принимая более современные и тем более опасные формы (автобраконьерство, авиабраконьерство и др.).

Два десятилетия назад, когда приписные территории составляли лишь незначительную часть охотничьих угодий, а дорожное хозяйство, транспорт и другие условия были совсем иными, считалось вполне достаточным, если егерь, охраняя свой обход, рассчитывал только на свои силы и возможности. Сейчас в большинстве районов положение изменилось. Число охотников возросло, тогда как уменьшилось количество наиболее привлекательных, богатых дичью угодий и увеличились ограничения в охоте. Возможности проникновения браконьеров в угодья значительно возросли в связи с развитием путей и средств сообщения. Введение пятидневной рабочей недели увеличило возможности пребывания в угодьях не только дисциплинированных охотников, но и браконьеров. В .такой обстановке потребовались новые коллективные формы борьбы с браконьерством, а для успешного введения и применения этих форм понадобилось изучение браконьерства в условиях конкретных охотничьих хозяйств.

Занимаясь борьбой с браконьерством, нужно прежде всего хорошо изучить характер нарушений и социальный облик нарушителя. Браконьер-хапуга, который наживается, хищнически эксплуатируя природные богатства, в наших условиях — фигура довольно редкая, хотя чаще других фигурирует на страницах печати. Это вполне естественно, так как ни наша социальная среда, ни характер нашей охоты не представляют хорошей "питательной среды" для столь чуждого советской охоте явления. Тем не менее, браконьер-хапуга, который сознательно идет на нарушение закона из-за наживы, еще встречается, хотя сфера его деятельности весьма ограничена. Чаще всего браконьерство такого характера отмечается там, где имеются возможности массовой заготовки и вывоза дичи, реже пушнины, с использованием современных технических средств. Такое браконьерство типично для районов массовых зимовок водоплавающей дичи, для угодий, где много сайгаков, северных оленей, гнездящихся или линяющих птиц. Как правило, браконьеры-хапуги орудуют группами, связанными круговой порукой, имеющими хорошее современное оснащение (автомашины, мотолодки), а также путями сбыта незаконно добытой дичи, мяса или пушнины.

Борьба с таким браконьерством не под силу не только одному егерю, но зачастую и всему персоналу охотничьего хозяйства. Для этого приходится привлекать местные органы милиции, советские и партийные организации, а также широкую общественность. Практические мероприятия по ликвидации этой формы браконьерства сводятся к тому, чтобы лишить нарушителей материально-технических средств для браконьерства (зачастую это казенные машины, моторы). Кроме того, нужно выяснить и пресечь пути реализации незаконно добытой продукции. При выездах в угодья нарушители пользуются определенными путями и базами. Изучив специфику, сезонность и своеобразную "географию" браконьерства, одновременно по всем направлениям с ним начинают вести борьбу.

Непосредственно в угодьях нужно прежде всего ликвидировать базу браконьеров. Иногда для этого достаточно провести беседу с "резидентом" браконьеров из местных жителей. Одновременно следует блокировать пути проникновения нарушителей в угодья. Последнее делается в результате наблюдения, дежурств, иногда путем запрета проезда транспорта с установлением шлагбаумов или знаков ОРУД.

Для задержания злостных нарушителей лучше всего организовывать смешанные группы работников охотничьего хозяйства и общественности, иногда с участием представителей милиции или Госохотинспекции. По счастью, браконьерство такого характера не типично для большинства спортивных охотничьих хозяйств.

Чаще всего приходится сталкиваться с нарушениями, которые являются следствием незнания правил охоты или пренебрежения ими вследствие невоспитанности, некультурности, своеобразной инерции тех лет, когда охотиться было можно на большей части страны и большую часть года почти без ограничений. Браконьерство такого рода тоже большое зло, и борьбу с ним приходится вести в каждом хозяйстве на протяжении круглого года, хотя в различных угодьях и в разные сезоны методы борьбы с нарушениями весьма разнятся.

Начало лета — сравнительно спокойный период в смысле нарушения сроков и правил охоты. Случаи браконьерства в это время сводятся главным образом к единичным нарушениям со стороны начинающих охотников из молодежи и туристов. Пресечение этих нарушений егерями и общественностью ведется сравнительно просто. С началом же сенокоса во многих местах необходимы специальные меры против браконьерства косцов, лесников и пастухов. Это в первую очередь предупреждающие "визиты" работников охотничьего хозяйства и общественных инспекторов в сельские советы, правления колхозов, конторы совхозов, в лесничества и на станы косарей. Ведь значительная часть случаев браконьерства может быть ликвидирована путем заблаговременной информации населения о сроках и правилах охоты. Такие профилактические меры обычно достигают цели.

Сложнее пресечь злостных браконьеров, на которых не действуют убеждение и предупреждение. Как правило, это опытные нарушители, знающие угодья. Поймать их нелегко; их приходится брать под особое наблюдение и пресекать браконьерство совместными действиями егерей, местных органов власти и рейдовых групп общественников.

У злостных нарушителей из числа местных охотников существует обычай выколачивать утят-хлопунцов и тетеревят-поршков незадолго до открытия охоты. Чтобы предотвратить браконьерство, егерям приходится усиленно следить за потенциальными нарушителями, а места концентрации выводков брать под особую охрану.

Борьба с браконьерством городских жителей в межсезонье сравнительно проста. Незнакомый человек с ружьем в сельской местности сразу бросается в глаза. При нетерпимом отношении со стороны местных жителей и актива охотников приезжий браконьер попадается очень быстро.

Труднее пресекать групповые нарушения приезжих позже — перед самым открытием летне-осенней охоты и после ее начала, когда браконьерство в ряде мест становится массовым. Здесь егерь без поддержки актива ничего не сделает. Один егерь или инспектор лишь в редких случаях может задержать в угодьях вооруженного нарушителя, а тем более, целую группу их. Обычно он может сделать это только в начале или в конце браконьерского маршрута, т. е. на станции, на шоссе или в населенном пункте, где можно получить помощь со стороны общественности, милиции. Для задержания нарушителей в угодьях и для пресечения массового браконьерства (например, охота без путевок или предсезонная стрельба уток) необходимо применять групповые методы борьбы; среди них следует в первую очередь упомянуть дежурства и рейды коллективов общественных инспекторов и егерских бригад.

При организации дежурств и рейдов нужно учитывать сезонность и своеобразную ритмичность браконьерства. Случаев нарушений бывает больше в субботние и воскресные дни. Браконьеры добираются до мест охоты но определенным маршрутам. Иногда для пресечения нарушений достаточно дежурного патруля на железнодорожной или автобусной станции.

Угодья нужно охранять не вообще, а на наиболее привлекательных для нарушителей участках, например, на стоянках лосей, в местах утиных жировок и перелетов, на тетеревиных и глухариных токах.

Борьба с нарушителями сроков и правил охоты может быть результативной лишь при условии, если ею будет заниматься вся широкая охотничья общественность и не от случая к случаю, а повседневно.

Однажды мне довелось посетить одно из подмосковных хозяйств. Было это перед открытием охоты, и на железнодорожной платформе меня встретили и проверили документы общественные инспекторы из числа местных охотников. По дороге на базу я встретил еще нескольких добровольных помощников егерей, предупредивших о порядке охоты в здешних угодьях. Перед утренней зарей активисты помогли егерю развести приезжих охотников, а сами отправились встретить первое охотничье утро.

А несколькими годами позже, когда руководство охотничьего хозяйства формально подошло к работе с местным населением и не предоставило охотникам права на охоту, жители-активисты пополнили дотоле немногочисленные ряды браконьеров. Вот как запросто "согласно букве закона" можно исковеркать любое полезное начинание. Вопрос о предоставлении местным жителям права на охоту в приписном хозяйстве далеко не прост. Хозяйство обязано выдавать путевки лишь тем охотникам, которые проживают на его территории. Но ведь зачастую хозяйству приписывают пойменные или заболоченные угодья, где никто не живет, но где испокон века жителями окрестных сел ведется охота. Руководство хозяйства не должно отказывать в охоте местным охотникам, но вправе ограничить их определенными участками и днями охоты, одновременно требуя от них реальной помощи и трудового участия в сохранении и увеличении дичных богатств.

Изжитие или хотя бы сведение браконьерства к минимуму невозможно, если по отношению к нарушителям не будет применяться мер наказания. В зависимости от индивидуального облика браконьера и допущенного им нарушения наказание может быть различным. В ряде случаев необходимость прекратить охоту и строгое предупреждение — уже достаточное наказание для случайного нарушителя, зашедшего или заехавшего в запретные угодья. К другим нарушителям приходится применять и более серьезные меры: от составления протоколов до применения штрафов, исков и лишения свободы.

Для этого при каждом случае нарушения в первую очередь бывает необходимо установить личность браконьера.

Прежде среди охотников центральных областей был хороший обычай при встречах в угодьях предъявлять друг другу охотничий билет, показывая тем самым, что случайные знакомые — отнюдь не нарушители охотничьих законов. Наверное, и в наше время было бы неплохо возродить эту хорошую традицию, а пока егерям и охотничьим инспекторам приходится зачастую с большим трудом, иногда даже с опасностью для жизни задерживать нарушителей и устанавливать их личность.

Нередко нарушитель, даже не склонный к хулиганству, очень остро реагирует на появление егеря или общественного инспектора, оказывая ему сопротивление и отказываясь предъявить документы, особенно при встречах один на один или при численном перевесе нарушителей. В этом случае очень много значат манера поведения и даже внешний вид человека, который находится на страже порядка. Естественно, что когда к любому из нас в лесу подойдет, как говорится, человек "на взводе", каждый постарается уклониться от близкого контакта с ним и неохотно предъявит такому документы.

Иное дело, когда к нарушителю подходит корректный опрятный человек в егерской форме. В этом случае сам его облик свидетельствует, что это представитель закона и с ним нужно вести себя по крайней мере вежливо.

Манера вести себя может помочь или, наоборот, повредить при встрече с нарушителями. На моей памяти в одном из крупных охотничьих хозяйств ВВОО работали два начальника охраны, совершенно разные по своему поведению с нарушителями. Первый, рослый, сильный, но, видимо, несколько трусоватый, вел себя, как правило, неспокойно, часто срывался на повышенный угрожающий тон и тем невольно провоцировал сопротивление со стороны нарушителей. Второй — небольшого роста, спокойный и очень вежливый, всем своим видом давал понять, что он выполняет свой долг, ничего не боится и не отступит, ибо за ним стоит закон. Не удивительно, что именно этот малорослый "нестрашный" человек стал грозой браконьеров и в его работе острые ситуации возникали чрезвычайно редко.

При отсутствии у нарушителей документов или нежелании их предъявить приходится задерживать их самих или отбирать оружие, цевье от ружья, мотоцикл и т. п. до выяснения личности браконьеров. Незаконно добытая дичь тоже изымается во всех случаях нарушений.

Чтобы изъятие этих предметов проводилось по закону, нужно тут же на месте зафиксировать это в протоколе, а затем сдать задержанное администрации охотничьего хозяйства. Особенно предусмотрительными должны быть инспектирующие лица по отношению к продукции незаконной охоты. Всю дичь, мясо или рыбу нужно немедленно сдать местным торговым организациям либо на общественное или детское питание с документальным оформлением передачи. Невыполнение этого правила не только мешает наказанию виновных, но и бросает тень на работников охотничьего хозяйства.

Протоколы на нарушителей следует оформлять строго по форме, желательно на стандартных печатных бланках и тут же на месте. Даже при недостатке свидетелей нарушения ни в коем случае нельзя вписывать в протоколы отсутствующих лиц. Это отнюдь не придает убедительности составленному документу и всегда может быть выяснено следственными методами. А юридическую ценность протокола такой по существу подлог сводит к нулю.

Составленные протоколы через администрацию охотничьего хозяйства направляются в государственные охотничьи или рыболовные инспекции. В хозяйствах и обществах охотников ведется строгий учет составленных протоколов, принятых по ним мер и самих нарушителей.

912
513
399
0