Охота зело добрая потеха, её же не одолеют кручины и печали всякие.
"Урядник Сокольничьего пути"

Зимняя охота на лисицу с манком – одна из очаровательнейших страниц охотничьего дневника. Конечно, всякая охота хороша, «зело добрая потеха», и расценивается по силе и глубине впечатлений охотящегося субъекта. Но помимо субъективного, мы сказали бы лирического элемента, в ней есть и объективная сторона: приемы и способы охоты, помощники, степень трудности добывания дичи и проч. Всегда приятно заполевать цветную, выкуневшую лисицу, но одно дело взять ее на облаве, из–под флажков или гончих, и совсем другое – сойтись с ней в чистом поле один на один, без помощников двуногих и четвероногих, ее интеллекту противопоставить собственный и в этой незримой борьбе с хитрейшим, богато одаренным зверем выйти торжествующим победителем.

Охота с манком не принадлежит к числу заурядных способов добывания лисиц. Охотничья литература обходит ее вниманием. С 1909 по 1917 г. я регулярно просматривал «Охотничий Вестник» и за это время не встретил здесь ни одной статьи или заметки об охоте с манком. В таком капитальном труде, как «Охотничий Календарь» Л.П. Сабанеева, нет о ней ни строчки. Может быть, в других журналах и даже монографиях вопрос этот разрабатывался, но многие ли из нас следят за текущей охотничьей литературой, имеют возможность получать и просматривать все охотничьи журналы? «Мы ленивы и нелюбопытны», сказал наш великий поэт, и этот горький упрек более, чем кому-либо, в адрес нашей охотничьей братии. Тираж русских охотничьих журналов наилучшее тому доказательство.

Теоретические сведения об охоте с манком я впервые получил из случайно попавшего в руки литографированного немецкого листка-брошюрки, в котором анонимный автор приводит чертеж манка на лисицу, объясняет способ употребления и подробно, с чисто немецкой пунктуальностью описывает охоту с этим манком, как она производится в Германии. Хотя немецкие охотники, судя по листку, охотятся с манком главным образом в лунные ночи (вероятно потому, что при густоте населения и отсутствии приволья немецкие лисицы день проводят в норах и всяких укромных уголках), все же приводимые в брошюрке сведения настолько интересны и поучительны, что ее следовало бы перевести и отпечатать в наших охотничьих журналах.

Лет 15 назад купил я в Москве, в оружейном магазине быв. товарищества на паях «Охотничий Вестник» манок на лисицу – крик подстреленного зайца. Это маленькая дудочка из черного дерева, развинчивающаяся на две части, с укрепленным в задней половине свинцовым пищиком. Если дуть в трубочку и попеременно четвертым и пятым пальцами правой руки полузакрывать и открывать раструб, получится звук, довольно сходный с криком подстреленного зайца: «уа, уа, уа-а!». При открытом раструбе манок напоминает отдаленный писк мыши и других мелких зверков. Ознакомившись с музыкой манка, я пришел к заключению, что пищать в него на подобие мыши выгоднее, чем верещать подстреленным зайцем. На самом деле, ведь не всякой лисице, особенно из молодых, приходилось ловить зайцев. А мышь и полевой зверок (тушканчик, пеструшка, хомяк и проч.) для нее повседневное любимое блюдо и объект упоительной охоты, которой она предается с величайшим интересом и самозабвением.

Первое же мое выступление в декабре 1911 года блестяще подтвердило это предположение. Впереди меня, шагах в 500, шла лисица по ровному, открытому полю. В надежде на белый балахон, я завалился за межку с бурьяном и два-три раза пискнул в манок, Лисица сразу же услыхала писк и как по струнке затрусила ко мне, но шагов с 150 воззрилась, заметив белеющую подозрительную фигуру, и пошла полукружием из-под ветра. Еще томительная минута, - лиса поймала воздушную струю и с ней ненавистный ей запах человека, на миг остолбенела и, как птичка, прыснула прочь, лишь замелькали черные ушки и зачервонела под зимним солнцем откинутая в сторону роскошная труба. Стрелять не пришлось, но я не горевал, был доволен и рад несказанно: секрет был найден...

С тех пор на охоте с манком я забываю житейские невзгоды, свой возраст, свои недуги. Подводя жизненные итоги, о многом вздохнет и пожалеет охотник, но благословит судьбу, что родился и умрет охотником. Дряхлеет тело, слабеют силы, а страсть свежа и юна, и словно впервые выходишь в поле, где ждут тебя знакомые, но вечно новые, чудесные переживания...

Ноябрь. Первый снег. Унылые окрестности, забитые загаженные скотом поля и луга прикрылись зимним одеялом до утра весны, до радостного пробуждения и новой жизни. Как посветлело все вокруг, как раздвинулись и стали четкими дали, как легко и ёмко дышит грудь! Прорвется из-за облака луч, и самоцветами загорят, заблещут снега. А нахмурится небо, потянет ветерком, и заструится, зашуршит, запоет свои зимние песни сыпучка - метелица.

Здравствуй зима – даровая печатница! Здравствуй, любимая забава!... Каждое утро готов для следопыта очередной газетный лист, манящими волнующими значками пестрят поля, луга, овраги, - читай, разбирай, тешь свое сердце охотничье. Но капризна, ревнива и строга, бываешь ты подчас, наша матушка-зима... Глядь, уже с утра порошит свинцовое небо и свежим снежком кроет ночные письмена; не то сорвется вдруг ветер, и белая метла поползет, шурша по глади полей.

Кончилась охота по черной тропе. Лисица из лесов, лесных оврагов, камышистых болот и прочих крепей вышла на мышковье в чистое поле. Вон черной точкой маячит вдали на белой пустынной равнине. Пора браться и за манок. Ну-ка, хитрый зверюга. Один на один! Это ведь не то, что слезливым осенним деньком с ревом и гамом замотают тебя на кругах в лесной чаще паратые гончары и замученную, растерявшуюся выставят в ноги стрелка; либо обставят тебя, осторожную, на лежке страшным пугалом - разноцветными тряпками зашумят в одной стороне, и сложишь ты свою хитрую головушку на противоположной под выстрелом затаившегося охотника... Не такова охота с манком. Тут нет помощников, не с кем делить удачи и огорчения. Не мало от вас одного потребует эта охота труда и усилий; хладнокровный расчет и выдержка, прекрасное знание местности, нестомчивые ноги и пр. Одно ничтожное на вид упущение, недоглядка губят подчас все дело.

Славное зимнее утро, небо в перистых облачках, ветерок с юго-запада, морозец. В снежно-белом балахоне, с манком и биноклем в кармане, бодро и радостно выходишь в поле. Ах, хороша жизнь! Хорошо это задумчиво-грустное небо, и поскрипывающий снежок, и морозец, и дымки над селом... Охотничий инстинкт сулит удачное поле. Вот отошел от села на километр. Стали попадаться лисьи нарыски. Полевым биноклем ощупываешь даль. Еще километр, другой, - лисиц не видно. Дальше, дальше. Вот на гребне водораздела, бинокль у глаз. А, это ты... В полутора километрах впереди явственно видишь движущуюся точку – мышкует лисица. Ускоряешь шаги, переходишь лощинку, поднимаешься на лобок. Лисица как на ладони. Последний раз выкуриваешь папироску и разрабатываешь план атаки. Откуда манить? Можно бы оттуда, но там видно негде скрыться... Лучше вон с той вершинки, где есть колдобина от вешней воды... Не спуская глаз с лисицы, осторожно пробираешься к намеченному месту, замирая неподвижно, когда останавливается чуткий зверь, и ускоряешь шаги при его движении. Вот и на месте, лисица в 400 метрах. Спускаешься в промывинку, тщательно утаптываешь снег и ложишься или приседаешь на корточки, опускаешь на лоб капюшон, взводишь курки. Кладешь ружье на кисть вытянутой левой руки, чтобы стволы приходились над самым снегом, и вынимаешь манок. Решительная минута наступает. Как-то отнесется лисица к моему зову? Два, три отрывистых негромких писка, с паузой, примерно так: «пик, пик... пик». Лисица останавливается на ходу, поворачивает голову на звук, и чувствуешь, как замирает сердце... Подойдет или не подойдет? А в умной голове насторожившегося зверя, вероятно, мелькают свои соображения: ведь там, в той лощине, бывают эти маленькие и вкусные пищащие штучки, ловить которых так интересно и весело... Надо бежать и проведать, кто там пищит? И лисица трусит в мою сторону, а я зову на помощь все самообладание, чтобы унять бурно заколотившееся сердце. Плотнее жмешься в снег и, скрыв за ним лицо, жадными глазами следишь за движениями зверя. Лисица в 150 шагах, но вдруг останавливается и идет в сторону: она поймала запах или писк мыши. Проходит 20 – 40 метров и больше, потом замирает на месте, подняв трубу, долго целится и вдруг, как стрела, взвивается вверх, с размаху пробивает передними снежную корку и роется так, что серебряная пыль летит в стороны. Потом поднимает голову, соображая направление, и опять беспечно трусит к роковому месту. Вот она уже в 100 шагах, останавливается, прислушивается и зорко смотрит точно прямо мне в глаза. Неужели оглядела?... Нет, пошла опять... 60 шагов, можно бить, но идет на штык, как раз спуделяешь, подождать... 50 шагов... Лиса слегка забирает в сторону и дает бок. Пора... Осторожно на ходу зверя поднимаешь ружье, берешь на мушку. Стукнул в морозном воздухе выстрел, черкнули по снегу дробины, и лиса на боку, лишь два, три раза взмахнула пушистой трубой и судорожно поскребла передними лапами. Все кончено... Удовлетворенный вылезаешь из засады и долго любуешься красивым зверком.

Но далеко не всегда так удачна бывает охота. Плохо скрытая засада, неосторожное движение и шорох под ногою снега, манка на близком расстоянии, когда чуткий зверь безошибочно подмечает фальшь писка, внезапная перемена ветра и т. д. губят все дело: лиса настораживается и не подходит на выстрел. 15 лет изучаю я эту увлекательную охоту, до многого дошел горьким и досадным опытом, делал на первых порах отчаяннейшие ошибки, но страсть и практика охотничьи все, в конце концов, преодолевают. Наша местность (бывш. Шацкий у. Тамбовской губ., ныне Рязанского округа) лисою, в общем, не богата, но все же бывали зимы, когда в зависимости от урожая на лис, благоприятной погоды, собственного досуга, задачливости полей и пр. мне приходилось убивать до 20 лисиц

Далее >>>

Подписка на новости HUNTER.RU

• I глава • II глава • III глава • IV глава • От редакции

• Форум "Охота" • Форум "Экипировка и транспорт" • Охотминимум • Галерея "Фотоохота" • Галерея "Женщины на охоте" • Галерея "Охотничьи собаки" • Охотничий юмор • Ссылки

• Послать вебмастеру интересную статью об охоте