Речевая особенность глухаря

"В упоении песней не слышал глухарь
Моих тихих шагов осторожных
И не видел, как долго под ним я стоял,
Преисполненный чувств невозможных..."

Г.Г. Сосновский "На глухарином току"

Чернов, дед Максим, молчун Оськин по прозвищу глухарь, чучельщик Филиппыч, да и многие авторы печатных рассказов и наставлений о глухариной охоте всерьез полагали, что щелканье-тэканье петух издает клювом, а точение языком.

Мальчишкой я был искренне убежден: старшим, а тем более всему напечатанному нужно верить безоговорочно, но по мере взросления эта точка зрения понемногу корректировалась самой жизнью в сторону выправления ошибочных мнений.

Филиппыч, показывая в своей мастерской сношенные, якобы от щелканья, клювы набитых петухов, незыблемо стоял на своем:

- Только клювом!

Но испачканный зеленой хвоей, клюв в действительности стирался не от ударов при таканье, а от скусывания смолких игл при кормежке.

Стремясь познать тайну спаривания петухов с копалухами, при случае напускал их полом очень близко и, естественно, не мог не обратить внимания на тот факт, что клюв во время тэканья всегда открыт и звук явно "нутряного" происхождения. Пропуская песню за песней и забывая порой о ружье, все ждал и ждал увидеть, когда петух поимеет глухарку и как это будет на самом деле, но при этом четко отслеживал и другие интересующие меня моменты. (Как происходит именно спаривание, я так пока и не увидел).

Кому как. а мне. например, слышится и кажется, если глухарь играет шагах в десяти-пятнадцати на мху, валежине или нижних сучьях сосны, что где-то в груди за зобом и спрятан источник "нутряного" звука. И как мальчик из "городка в табакерке" я старался представить себе этот скрытый пером, кожей, мышцами и мясом таинственный источник песни мошника, волшебным образом исторгавшийся из раскрытого клюва в хвойное очарование соснового утра.

Полевые наблюдения и жаркие, несмотря на дружбу с Филиппычем, споры все больше и больше укрепляли мысль о том, что глухарь все же щелкает именно "нутрём". Время от времени, закончив несложные обязанности помощника или, если точнее, мешальщика, с разрешения Филиппыча я брал из холодильника оснятую тушку петуха и начинал анатомировать под немигающим оргстеклянным взглядом глаз, набитых и рассаженных для просушки голов вокруг протопленной голландки и так не похожих один на другого глухарей. Все они в той или иной степени отличались индивидуальностью и двух одинаковых не встречалось.

Один кургузей, другой стройней, подбористей, который с общипанной в драках шеей, который с изношенным "съеденным" однобоко клювом, с белыми "погонами" на плечах и без "погон". И "в лицо" и по всему они были разные. Один молодой едва-едва набирал три с половиной кила, а другой "дедуля" тянул ручной безмен на шесть с половиной, и под его "сердитым" взглядом, рядом с ним весь остальной глухариный "хоровод" казался цыплячьим выводком, гревшимся у печки. Попался раз редкостный экземпляр темнобрюхой морфы.

Порой я казался сам себе то кровожадным Джеком-потрошителем, то Микеланджело Боунаротти, изучавшим в юности анатомию человека по трупам умерших в старой часовне. И честно говоря, это потрошительство лишенных одежной оболочки петухов вызывало во мне неприятные ассоциации, которые в конце сеанса не снимались даже хорошей порцией водки. О том, что рано или поздно в урочный час хрусткий скальпель и топорик патологоанатома будут с такой же неизбежностью потрошить меня самого на морговском топчане, я старался не думать и, коснись такое дело, не так уж и дурно для лесного петуха после биологической смерти "жить" в чьей-то домашней или музейной коллекции.

В самом низу дыхательной трахеи находится нижняя гортань с голосовыми перепонками. Щелканье и точение глухаря, а также весь остальной "речевой вокал" не что иное, как результат мышечного сокращения, при котором колеблются голосовые перепонки.

Сама трахея (дыхательное горло) играет роль акустического усилителя звука, идущего от колебаний голосовых перепонок. (В старину в стены крепостей вмуровывались пустые кувшины "голосники" для усиления и улавливания далеких звуков). Клюв глухаря как при тэканье, так и во время точения открыт для исхода звука наружу. При закрытом клюве просто не получится песня мошника, как не получилась бы у кларнетиста или какого другого духовика при заткнутой трубе. На мой взгляд, язык глухаря в разных положениях, то увеличивая, то уменьшая просвет в дыхательной трахее и двигаясь при этом взад и вперед, играет роль регулятора глоточно-трахейной полости при испускании звука.

Например, антрополог Э.Крелин (США), изучавший речевые возможности древнего человека при моделировании местоположения гортани, формы языка, губ, обшей конструкции глотки и ротовой полости палеонтропа по черепу (45 тыс.лет. Мустьерская культура), работал в принципе по томе же методам, что и наш соотечественник М.М.Герасимов, воссоздавший по черепам прижизненные облики людей далеких времен от "мордовской женщины бронзового века" до "Ярослава Мудрого, Тимура, Улугбека и Ивана Грозного". Крелин в результате кропотливой работы создал макет ротовой полости неандертальца, который послужил исходной моделью вокального тракта в изучении вопроса развития речевых возможностей древнего человека.

Убейте меня, если это не так, но раз во всем мире приняты и не вызывают сомнений работы палеонтологов, изучающих вымерших животных из различных геологических фаун Земли и воссоздающих подлинный облик стегозавров, тиранозавров, платибелодонов, динотериев, пещерных медведей и ископаемых бизонов по двум-трем окаменелым костям по методу сравнительного анализа и раз принят на "вооружение" метод Герасимова, то опыт антрополога Крелина, как это ни странно для непосвященных, можно использовать в окончательном решении вопроса глухариной песни. Теоретически это не так уж и сложно. А именно: положение языка, гортани современного человека при произношении интересующего звука можно зафиксировать путем кино- или фотосъемки полости рта и глотки говорящего при помощи рентгенолучей. А раз так, то отпадает необходимость моделирования глухариного "вокального тракта", как у вымершего неандертальца. Слава богу, Россия еше не оскудела живыми мошниками. Просто где-то в Приок-ско-Террасном или каком ином заповеднике, где есть вольеры с боровыми петухами при по-моши рентгенодатчиков, закрепленных в области глухариной трахеи и глоточно-ротовой полости, отработать-отснять этот звуковой процесс, кратко называемый охотниками песней.

Кстати, благодаря такой рентгеносъемке можно при жизни мошника, что гораздо ценнее для науки, решить вопрос о причине глухоты обыкновенного глухаря во время точения. Отростки нижней челюсти, перекрывающие слуховые проходы или набухающие кровеносные сосуды?

Уж и не знаю, кто подтвердит или опровергнет сказанное мной, но вряд ли это будут российские ученые. Хотя глухарь - исконно наша дичь, но у нас постоянно нет то одного, то другого. Скорее всего богатая Европа, додумавшаяся до радиомечения лесного кулика-вальдшнепа, сможет до конца реализовать высказанную идею. Вот вкратце и все о "речевой особенности" глухаря, вобравшего в свою древнюю песнь звуки хвойных лесов, появившихся на Земле в эпоху великих оледенений и являющегося типичным представителем мамонтовой фауны.

 

Анвяр Бикмулин

Редакция обратилась к одному из ведущих специалистов по голосам птиц, кандидату биологических наук И.Д.Никольскому с просьбой прокомментировать статью А.Бикмуллина.

Каждое поколение охотников как бы заново удивляется звукам токующего глухаря и заново открывает для себя тайну их генерирования. В одном из охотничьих журналов начала столетия вычитали: "Но в самый разгар тока, когда приходится подходить "уже под песню" -тогда у всех глухарей, находящихся на току - языка нет, то есть он втянут в горло (Охотничье дело, № 6, 1901, с.87). Следовательно, уже тогда не было новостью, что язык отнюдь не главный извлекатель глухариных звуков. Вот и автор заметки, после некоторых колебаний, обращает свое и наше внимание на нижнюю гортань, расположенную на границе трахеи и бронхов.

Схематическое изображение горла глухаря:
1 - Трахея; 2 - Голосовые перепонки (нижняя гортань), где рождается "тэканье" с "точением"; 3 - Пищевод; 4 - Зоб
 

Использование в качестве основного источника голоса нижней гортани существенно отличает птиц от других наземных позвоночных, у которых эту функцию выполняет верхняя гортань. Не вдаваясь в дальнейшие подробности, тем не менее заметим, что у птиц нижняя гортань не единственный источник голоса. Верхняя гортань также может принимать участие в голосообразовании, но участие особое. По своему строению она напоминает овальную подушку с узкой щелью, которая может сжиматься и разжиматься, закрываться и открываться действием специальных мышц. Исследователи предполагают, что таким образом регулируется звуковой поток, сформированный в нижней гортани, влияя на начальные и конечные фазы звукового сигнала. Так, предполагают, что верхняя гортань имеет значение в производстве таких звуков, как шипение лебедей или чуфыканье тетеревов.

По мнению автора заметки, язык глухаря, уподабливаясь движению поршня, все же может играть некоторую роль в модулировании звуков. Предположение не лишено оснований и уж по крайней мере заслуживает обсуждения. Конечно, о "речевой особенности" глухаря вне кавычек размышлять не приходится, скорее о вокальной или голосовой. Даже "говорение" попугаев не более, чем потрясающе искусное подражание речи человека.

При изучении воспроизводства звуков ученые использовали скоростную киносъемку, электроакустические приборы, для наблюдения за работой голосовых связок человека применяли волоконную оптику, позволяющую сфотографировать положение голосообразуюших органов в разные моменты звукообразования. Тем не менее многое предстоит выяснить. К этому должна подвигнуть практическая потребность. И такая перспектива уже обозначилась с возникновением и развитием речевых и интеллектуальных роботов, "общающихся" с человеком. Думаю, не очень далеко то время, когда, толкуя о колдовской причудливости точения и скирканий глухаря, мы сможем опереться не только на анатомию и остроумные догадки.

Игорь Никольский, кандидат биологических наук

 

Природа и Охота, №1, зима 1999 

1013
525
488
0